Учебно-методический центр Русского Воинского искусства "Кречет"
1. Отзыв Гири (г. Кострома)
 
На "Стожарах-2015" я заявилась на прохождение мастерской Штрафбат. Изначально я собиралась пойти в другую мастерскую, но после представления Водящих  - передумала. Мне отозвалось то, что говорил Череп, Водящий мастерской, и кроме того, для меня очень показателен его личный пример. Я видела, как он поменялся за последний год. Это вдохновляет и отбрасывает всякую безнадёгу.
 
В Штрафбат я пошла потому, что хотела дать бой предателю в себе. Хотела отделить себя от этого, увидеть себя другой. Также чувствую, что из-за гордыни я изначально хотела пройти другую мастерскую, но практически в последний момент решила искренне посмотреть на то, где я нахожусь, и в каком состоянии. Было чёткое ощущение, что мне нужно пройти именно Штрафбат, чтобы подняться выше, чтобы стать лучше. К уже сказанному хочу добавить жалость к себе и Бабство, с которыми хотелось поработать в мастерской.
 
Хоть я и пошла в Штрафбат по своей воле, я не сразу приняла это. Только на третий день. До этого я будто в игрушечки играла, будто могла в любой момент уйти. Сначала мне немного даже обидно было, что я в Штрафбате. Хотя и было такое чувство, что я там, где должна быть. Было также ощущение, что Штрафбат - это самое низшее звено среди всех отрядов. Было ещё чувство вины, которое хотелось искупить. Даже не так, не просто хотелось, а ощущалась потребность искупить вину. Все остальные отряды ощущались другими - особенными. Самыми особенными ощущалось Отделение разведки. Они будто уже были героями. С Отделением пехоты и Женским взводом было не так. На третий же день для меня всё стало настоящим, появились важные вещи, за которые хотелось идти в бой.
 
Мастерская мне больше помогла увидеть, чем прожечь. Есть такое чувство, что благодаря Штрафбату, поменялись, или исправились образы. Возможно, я преувеличиваю. Но было твёрдое ощущение, что я не хочу делать так, как делала раньше. Не хочу быть предателем и прилипалой-паразитом. Я понимаю, что работа, которая для меня началась в мастерской, не закончена. Это только начало. Показателем того, что во мне что-то поменялось, стал перевод из Штрафбата в Женский взвод. Особенное чувство было, когда нас в Женском взводе накормили после совместной вылазки, а потом разрешили остаться ночевать с девочками. Вот именно здесь было чувство, что теперь у меня есть что-то новое и настоящее, с чем я иду к людям, с чем меня люди принимают.
 
Также хочу отметить наблюдение за тем, как мне выполнялось задание, которое дал нам командир. Мы начали рыть полосу препятствий для пластунов вместе с штрафницами из Женского взвода во второй день. И сама работа для меня была так себе - и жарко, и нож у меня негодный для такой работы был, и ещё много другого. А когда девочки ушли, и я осталась ночью один на один с этим недорытым окопом, появилось желание закончить начатое. И было ещё ощущение, что нужно докопать - так мы добываем победу для командира. Не докопаем - подведём. А когда закончили полосу препятствий, у меня было ощущение облегчения. Будто я сдержала слово, не подвела, проявила себя надёжной. Это было важным открытием.
 
Для меня Штрафбат в этом году был именно таким, каким он должен был быть для меня. Но в дальнейшем, мне кажется, хорошо бы сделать мастерскую упруже. Чтобы не было провисов, когда штрафники получают передышку. Ну и, конечно, работа лучше идёт, когда в мастерской больше двух человек.
 
Большое спасибо Водящему мастерской Черепу за то, как он нас провёл. Для него такая работа была впервые, и он с ней хорошо справился.
 
2. Отзыв Метлы (г. Набережные Челны)
 
Начало. Было чувство, что мы отдельно, как бы за стеной. Это не тяготило. Выполняли самую простую и тяжелую работу. Были отделены, но к людям и не хотелось. Когда копали яму для туалета или собирали дрова, то было спокойно на Душе. Я думала: «так в чём же работа над собой?» Было чувство, что это служение людям, то есть будто это потребность Души - служить.
 
Связь чувствовалась между способом служения и отношением к людям. То есть для того, чтобы служить более тонко (например писать стихи, музыку, картины) должно быть больше любви в Душе. А так как я до этого унижала людей, то мое служение теперь могло быть проявлено только в более грубом виде.
 
Когда была переправа через озеро с мужиками, то чувство было, что мы едины, мне казалось, что я будто влилась в поток, и он несёт меня. А когда нас (девочек) посадили в лодку, то чувства были смешанными – к чувству благодарности примешался стыд за то, что я женщина, за то, что меня нужно защищать (будто я слабое звено).
 
Девочки, переведённые к нам из женского взвода, добавили собранности. Наше общее состояние с Пустышкой было более расхлябанным и размазанным.
 
Я всё ждала: когда же проявятся те психологические слабости, с которыми я работала; когда же выявится неблагодарная и холодная С... Не заметила, что враг уже внутри: когда стала обвинять Водящего мастерской.
 
Когда сделала очищение, то увидела, что это прямо предательство. Что я ослабляла нашу дружину вот этой расхлябанностью, обращением не по уставу. Захотелось всё исправить. Я тогда к Стрепету подошла и попросила, чтобы мне дали время закончить лабиринт копать. Потому что было чувство, что это именно предательство, что меня за это в карцер посадят. Я подумала, что тогда я проиграю, а С. победит, потому что я подведу своего командира. Мы с Пустышкой поговорили и решили, что во что бы то ни стало докопаем. Нам казалось, что для Водящего мастерской Черепа  это важно. Что для него это будет Победа. А значит, это будет и наша Победа. Потому что появилось чувство любви и благодарности. Я почувствовала и  любовь Водящего мастерской к нам, и заботу о нас.
 
Неожиданно было, когда в бою девочки из женского взвода помогали нести раненного. Это перевернуло что-то внутри, появилось чувство такое, что для них что угодно сделаю. И хотелось быть с ними.
 
То есть, то чувство, которое было в начале: что я отдельно от людей, и мне к ним не хочется, изменилось на противоположное. Я больше не хотела быть отдельно.
 
Так же было больно, когда участник мастерской Тыложоп объявил о своём выходе из Штрафбата. Это я вообще никак не могу прокомментировать. Просто было больно.
 
И ещё, когда была вторая переправа с женским взводом, то было чувство такое защищенности, заботы и бережности по отношению к нам со стороны мужиков. И я не чувствовала себя «слабым звеном», наоборот было хорошо и естественно.